Производство по делам из публичных правоотношений

Материал из Процессуальное право
(перенаправлено с «Публичное производство»)
Перейти к:навигация, поиск

Шаблон:Незаконченная Процесс делится на виды производства; в основе деления лежит предмет судебной деятельности. Следует различать форму и вид производства: критерием выделения формы выступает порядок рассмотрения требования, критерием выделения вида производства - предмет судебной деятельности. Исковое, особое и публичное – это виды производства, а приказное производство - форма.

В исковом производстве предметом судебной деятельности выступает спор о праве, в особом производстве - защита законных интересов. А что делает суд в публичном производстве?

Предмет судебной деятельности

Существует две концепции, объясняющие, что делает суд в публичном производстве:

  1. разрешает споры о праве публичном
  2. производит контроль за законностью актов органов власти

В 1948 г. была опубликована статья профессора Абрамова, главным тезисом которой было то, что "в советском правосудии не может быть административного иска, т.к. советскому человеку не о чем спорить с советской властью". Все заодно, спорить не о чем. Не может быть споров о праве публичном, все хотят скорейшей победы коммунизма.

В ГПК 1964 г. появляются элементы судебного контроля за органами исполнительной власти. Спорить не о чем, но у советского человека может возникнуть сомнение (нужно ли платить налог, штраф и т.п.). Суд лишь проверит, законно ли действуют органы советской власти.

Конституция РФ 1993 г. – можно обжаловать все. Но означает ли это, что суды теперь разрешают споры о праве публичном?

В первом проекте ГПК РФ – особые исковые производства – публичные споры, которые предполагалось признать исковыми с определенными особенностями. Эта идея не прижилась, в ГПК 2002 г. производство из публичных правоотношений выделено в отдельный вид производства, теперь это неисковое производство.

Шаблон:Например

Нет иска, значит, нет отказа от иска, признания иска и мирового соглашения. Отказ от заявления все же возможен. Может ли государственный орган признать, что он действовал незаконно? Законность – объективная характеристика акта, признание не будет для суда обязательным. Суд не будет связан этим признанием, потому что здесь нет спора, в котором признание значимо. Мировое соглашение – акт распоряжения спорными субъективными правами и обязанностями. Нет спора – о законности договориться нельзя.

Особенности

  • Средством защиты выступает заявление, а не иск.
  • Если нет спора о праве, то нет и сторон, т.е. нет истца и ответчика, т.к. стороны есть только у спора о праве. Участниками выступают заявитель и заинтересованные лица ст.34 ГПК РФ.
  • При рассмотрении и разрешении дел, возникающих из публичных правоотношений, суд не связан основаниями и доводами заявленных требований ч.3 ст.246 ГПК РФ, в отличие от искового производства, где суд изменить основание иска не вправе.
  • Не применяются правила заочного производства, установленные главой 22 настоящего Кодекса ч.2 ст.246 ГПК РФ.
  • Суд может признать обязательной явку в судебное заседание представителя органа государственной власти, органа местного самоуправления или должностного лица. В случае неявки указанные лица могут быть подвергнуты штрафу в размере до одной тысячи рублей ч.4 ст.246 ГПК РФ.

Не связанность доводами и основаниями заявления

Законная сила судебного решения не имеет субъективных пределов ст.248 ГПК РФ, ст.250 ГПК РФ, ч.8 ст.251 ГПК РФ.

Ст.248 игнорирует основания, ст.250, 251 упоминает основания. Если в заявлении 7 оснований, удовлетворили 4. Что делать с 3? О тождестве каких оснований говорится: исковое заявление или решение суда?

В исковом производстве сравниваем исковые заявления. Законная сила судебного решения в исковом производстве охватывает все основания заявленного иска, независимо от того, отражены они в мотивах решения или нет. Потому что суд не имеет права изменять основания иска, оно обязательно для суда.

В публичном производстве сравниваем новое заявление и уже состоявшееся решение, потому что суд не связан доводами и основаниями и юридическое значение имеют только мотивы, отраженные в мотивировочной части решения.

Усиление начал следственности

При рассмотрении и разрешении дел, возникающих из публичных правоотношений, суд может истребовать доказательства по своей инициативе в целях правильного разрешения дела ч.2 ст.249 ГПК РФ. Должностные лица, не исполняющие требований суда о предоставлении доказательств, подвергаются штрафу в размере до одной тысячи рублей.

Это следственное производство, в котором суд собирает доказательства самостоятельно. Доказываются факты, законность не доказывается, а обосновывается. Бремя доказывания и обоснования возлагаются на государственный орган.

Появление этой особенности: власть всегда должна действовать законно, это сильный субъект – будет доказывать, что все сделала правильно. Начала следственности призваны выровнять фактическое неравенство: гражданин неравен с властью.

Гражданин должен доказать, что акт, действие, бездействие, решение имели место и что они нарушают его права и интересы. Все прочее доказывание возлагается на государственный орган. Если бремя доказывания возложено на сильного, то зачем суд собирает доказательства? Кому он помогает? Получается, что помогает сильному. Суды зачищают за государственными органами, которые не могут ничего доказать. Элементы активности суда направлены на помощь сильному субъекту.

Шаблон:Например

Спор о праве

Понятие спора о праве многозначно. Спор о праве может пониматься как спор о праве частном и спор о праве публичном. Какого спора о праве не должно быть в делах из публичных правоотношений?

Шаблон:Например

Под видом публичной жалобы нельзя предъявлять к рассмотрению споры о праве гражданском. Нельзя заставить ФРС доказывать, что она правомерно зарегистрировала право собственности другого лица. Ст.8 ГК РФ устанавливает, что одним из оснований возникновения гражданских прав являются акты органов власти. Жилищные правоотношения по поводу найма и использования помещений государственного жилищного фонда возникают из сложного юридического состава, в основании которого лежит ненормативный акт. Отсюда все акты органов власти могут быть разделен на 2 вида:

  • которые опосредуют имущественные гражданские отношения
  • которые собственно публичные (взыскание налога, призыв на военную службу) – это те, которые не имеют частного имущественного содержания

ст.8 ГК говорит как раз о тех актах власти, которые опосредуют имущественные (гражданские) отношения. Когда мы оспариваем такие акты, какое должно быть перед нами производство – публичное или исковое? Когда мы обжалуем акт налоговый инспекции, мы не сомневаемся, что это публичное производство. А когда перед нами акт, которые опосредует гражданские имущественные отношения (например, предоставление земельного участка)? Само оформление земельного участка осуществляется комитетом по землеустройству. Так это акт, которые опосредует имущественные отношения, или это акт, который пойдет в публичном производстве? Все, о чем мы говорим, касается только ненормативных правовых актов, инцидентного нормоконтроля, индивидуальных правовых актов. К нормативным актам это отношения не имеет.

Ст.256 ГПК – устанавливает 3-х месячный срок для обжалования ненормативных индивидуальных актов. Это материальный или процессуальный срок? Хотя он закреплен в ГПК, это срок материальный, поскольку процессуальные сроки могут течь только в процессе, только после возбуждения дела, а пред нами срок, который течет до возбуждения дела. Это в частности означает, что пропуск этого срока влечет отказ в удовлетворении заявления по существу, а не возвращение заявления, оставление без рассмотрения (т.е. влечет не процессуальные, а материальные последствия).

Это аналог исковой давности. Ч.6 ст.152 ГПК – при пропуске срока исковой давности или установленного ФЗ срока обращения в суд. Так вот ст.256 ГПК – это срок обращении в суд, это не исковая давность. Это аналог исковой давности, которые является сроком для обращения в суд за защитой права. Это срок публичный в том смысле, что в публичных отношениях.

Ст.13 ГК устанавливает, что в качестве способа защиты нарушенных гражданских прав применяется признание акта недействительным. Ст.13 ГК – это признание акта недействительным как способ защиты гражданского права, нарушенного ненормативным актом органа власти. Если это способ защиты гражданского права, условия его осуществления войдут в предметную область гражданского права? Условия осуществления – это условия, при котором вы можете прибегнуть к этому способу. Одним из них является срок давности. Так вот ст.13 ГК подразумевает 3-летний срок, а 3-месячный установлен для собственно публичных актов. Там, где акт опосредует гражданские имущественные отношения, там мы применяем 3-летний срок, поскольку это способ защиты из ГК. а там, где мы защищаемся от решений в публичной сфере, там срок в ст.256 ГПК.

Вряд ли мы находимся с органом власти в состоянии гражданско-правового спора, но т.к. отношения возникают по поводу гражданских имущественных отношений, то срок давности – 3 года, поскольку предметом выступают интересы частного права.

Означает ли это, что ст.256 ГПК сократила срок, установленный ГК в 3 года, до 3 месяцев? Это может быть только тогда, когда мы считаем, что оспаривать акты органов госвласти можно только в порядке гл.25 ГПК – в порядке производства по делам из публичных правоотношений. Тогда возникает конфликт с ГК. Если мы считаем, что акты разные и, значит, в двух разных видах производств можно их оспаривать, то:

  • если акт нарушает гражданские права, то тогда он оспаривается в исковом производстве со сроком давности 3 года;
  • если акт нарушает собственно публичные прав, то тогда он оспаривается по гл.25 ГПК со сроком давности 3 месяца.

Существуют ли 2 одноименных способа защиты под названием «признание акта недействительным», но разных по условиям удовлетворения и по процессуальной форме? Один с 3-месячным сроком, а другой – с 3-летним. Тот, который с 3-месячным, это способ защиты публичных интересов, а тот, который с 3-детним – это способ защиты гражданских интересов. Это очень сложный вопрос. В противном случае мы должны прийти к вводу, что ст.256 ГПК – это вторжение в ГК, это норма об исковой давности, это норма гражданского права, устанавливающая сокращенный срок исковой давности при обжаловании актов органов власти.

Если мы считаем, что способ защиты только один и теперь можно обжаловать акты органов власти только в течение 3 месяцев.

П.2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.08.1993 N 8 "О некоторых вопросах применения судами Закона РФ "О приватизации жилищного фонда в российской федерации" - учитывая, что в связи с отказом в приватизации занимаемого гражданином жилого помещения между ним и местной администрацией возникает спор о праве гражданском, он разрешается судом по правилам искового производства.

Шаблон:Например

П.4 Постановления Пленума ВАС РФ от 24.03.2005 N 11 "О некоторых вопросах, связанных с применением земельного законодательства" - в тех случаях, когда собственник здания, строения, сооружения обращается с заявлением о приобретении права собственности на земельный участок путем заключения договора его купли-продажи, а соответствующий исполнительный орган государственной власти или орган местного самоуправления не направляет заявителю проект договора купли-продажи или предлагает заключить договор аренды, собственник объекта недвижимости может обратиться в арбитражный суд с заявлением по правилам о признании ненормативных правовых актов, действий (бездействия) этих органов незаконными в порядке, установленном главой 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации

Названные обстоятельства должны приниматься судами во внимание также при разрешении споров по искам собственников недвижимости о понуждении к заключению договора купли-продажи земельного участка. При этом следует учитывать, что ответчиком по такому иску является собственник земельного участка (Российская Федерация, субъект Российской Федерации или муниципальное образование) в лице его уполномоченного органа.

Шаблон:Например

Есть мнение, что они сами ничего не понимают. Они до такой степени запутались в видах производства, что на всякий случай установили прямую конкуренцию видов производства – «если вы пропустили 3-месячный срок, не расстраивайтесь, у вас осталось 2 года и 9 месяцев для предъявления иска в течение срока исковой давности». Но если согласиться с такой постановкой проблемы, то от разграничения видов производства ничего не останется.

Дело в том, что акт, который оспаривается, он нарушает гражданские имущественные права. Если оспаривается акт налоговой, таких вопросов не возникает, поскольку все понимают, что это акт публичный.

П.7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.2005 N 25 "О некоторых вопросах, возникших у судов при рассмотрении дел, связанных с реализацией гражданами права на трудовые пенсии" - Поскольку в соответствии со статьей 5 ФЗ "Об обязательном пенсионном страховании в РФ" Пенсионный фонд РФ является государственным учреждением и, следовательно, не относится к тем субъектам, чьи решения, действия (бездействие) гражданин вправе оспорить в суде в порядке, установленном главой 25 ГПК РФ, дела по спорам между гражданами и Пенсионным фондом РФ, связанные с назначением и выплатой трудовых пенсий, не могут рассматриваться в порядке производства по делам, возникающим из публичных правоотношений, по правилам, предусмотренным главой 25 ГПК РФ, а подлежат рассмотрению в порядке искового производства.

Пенсионное правоотношение – это публичное или частное? Есть мнение, что оно публичное. В порядке гл.25 оспариваются действия только органов государственной власти, органов МС, должностных лиц, государственных и муниципальных служащих. Отсюда ВС РФ говорит, что Пенсионный фонд – это специализированное кредитное учреждение, это не орган власти, оно не подпадает сюда, поэтому исковое производство.

П.5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10.02.2009 N 2 "О практике рассмотрения судами дел об оспаривании решений, действий (бездействия) органов государственной власти, органов местного самоуправления, должностных лиц, государственных и муниципальных служащих" – По правилам, предусмотренным главой 25 ГПК РФ, рассматриваются также дела об оспаривании решений, действий (бездействия) юридических лиц и индивидуальных предпринимателей, принятых, совершенных при осуществлении ими переданных в установленном порядке конкретных государственно-властных полномочий.

Таким образом, Пленум ВС РФ говорит, что государственно-властное полномочие может быть передано ЮЛ или ИП. И когда он действует, будучи субъектом частного права, но реализуя государственно-властные полномочия, это тоже гл.25 ГПК. Фактически Пленум отказывается от той позиции, которая избрана в постановлении о трудовых пенсиях.

Получается, две возможные концепции:

  • по субъектам – они перечислены в заголовке гл.25 ГПК;
  • в функции, в содержании оспариваемого акта – если это содержание публично-правовое, хотя имело место делегирование публично-правовых функций, это все равно будет публичное производство, хотя уже не по субъекту.

Если Пленум сказал, что это исковое производство, то бремя доказывания на ком? На истце. А будь это публичное производство, то бремя доказывания на ответчике.

Шаблон:Например

В чем смысл 3-месячного срока, почему он появляется?

Определение КС РФ от 18.10.04 №367-О – ООО «Владимир и Ольга» обратилось в КС РФ с просьбой объяснить, почему такой короткий срок и вообще конституционен ли он. КС РФ указал, что введение сокращенных сроков обусловлено необходимость обеспечить стабильность административных правоотношений. Другими словами, сокращенные сроки призваны обеспечить нормальную работу государственного аппарата в смысле управленческом.

Но если мне отказали в предоставлении земельного участка, я должен оспаривать в 3 месяца или в 3 года? Есть ли здесь та стабильность управленческих отношений, которая должна быть защищена в 3-месячный срок. А если это отказ в выкупе земельного участка, если это отказ выдать паспорт на квартиру?

Если исходить из целей появления сокращенного срока, то способов защиты точно два. Ч.3 ст.247 ГПК – позволяет нам разграничивать публичное производство со спором гражданским.

Шаблон:Например

Определение судебной коллегии СПб городского суда по делу о катке на Дворцовой площади – группа граждан оспаривала бездействие комитета по охране памятников истории и культуры, поскольку комитет своевременно не вмешался и не обеспечил реализацию контрольно-надзорных полномочий с тем, чтобы выяснить, а не нарушает ли это реализацию конституционного права на доступ к культурным ценностям. Они просили по суду обязать ГИОП принять меры к реализации контрольно-надзорных функций. И суд принял решение обязать ГИОП осуществить контрольно-надзорные функции.

Городской суд в частности указал, что каток эксплуатирует ООО «Боско-Нева», а сам каток санкционирован решением Правительства СПб, на основании которого «Боско-Нева» построило каток. Но оспаривается не постановление ПРРФ, а бездействие ГИОП. И вот что констатирует суд: ООО действует на основании распоряжении ПРРФ, которое ни кем не оспорено, не признано незаконным и не отменено. Предметом проверки по настоящему делу не являлось. Вообще-то к этому делу нужно привлечь «Боско-Нева», но в случае такого привлечения решение суда об установлении факта нарушения прав граждан на доступ к культурным ценностям означало бы разрешение гражданского спора искового характера с ООО. Если бы мы установили, что право на доступ к культурным ценностям нарушено, то это требование о запрете хозяйственной деятельности, а подобное требование – это исковое производство.

Так как разграничить исковое производство с публичным. Образуется замкнутый круг. Если мы умные, то пойдем оспаривать решение ПРРФ, а в этом случае нужно будет привлечь ООО, а последнее скажет, что здесь спор о праве – это иск о запрете хозяйственной деятельности. Тогда мы по ч.3 ст.247 ГПК оставим без движения, и скажем, предъявляйте иск. Тогда мы сразу же предъявим иск к ООО с требованием «запретить эксплуатацию катка, поскольку нарушено право на доступ к культурным ценностям». А ООО скажет, что мы действуем на основании распоряжения ПРРФ, которое никем не оспорено. А оспаривать то нужно по правилам гл.25 ГПК. Получается, мы по правилам гл.25 ГПК – нам говорят спор о праве, мы с иском к Боско – нам говорят, что не может же быть Боско ответчиком по требованию о признании незаконным распоряжения ПРРФ. И здесь круг замкнулся.

Ст.12 ГК в перечне способов защиты называет неприменение судом акта, противоречащего закону. Это один из самых загадочных способов защиты прав. Необходимо различать, нормативные акты и ненормативные. Ч.1 ст.11 ГПК - суд, установив, что нормативный правовой акт не соответствует нормативному правовому акту, имеющему большую юридическую силу, применяет нормы акта, имеющего наибольшую юридическую силу.

Таким образом, с применением нормативных актов у нас проблем нет. Но сама ч.2 ст.11 ГПК покоится на ч.2 ст.120 КРФ – суд и только суд не применяет акты, противоречащие закону. В ч.2 ст.120 КРФ не разграничивает акты на нормативные и ненормативные. Мы требуем прекратить деятельность «Боско-Невы», ссылаемся на незаконность распоряжения ПРРФ и говорим, что поскольку оно незаконно, суд не должен его применять. Но ПРРФ скажет, что если бы вы оспаривали этот акт, у вас был бы срок 3 месяца, они давно прошли. Если вы сейчас будете не применять этот акт, то тогда зачем установлен 3-месячный срок, значит, его можно не применить и через год, и через 10 лет. Но тогда зачем вообще устанавливать 3-месячные сроки? А КС РФ скажет, что стабильность управленческих отношений, 3 месяца прошли и все нормально. Если мы 3 месяца ждали, никто акт не оспорил, а потом через год выясняется, что акт все равно незаконный, поэтому мы его не применяем. Значит, вроде бы надо на ненормативные акты это не распространять.

В Постановлении Пленума ВС РФ №19 по АО указано, что если стороны корпоративного спора ссылаются на решение общего собрания акционеров и суд видит, что это решение было незаконным (не было кворума, вышли за пределы компетенции и т.д.) суд не применяет данное решение общего собрания акционеров, хотя бы никто из участников процесса не ссылался на его незаконность. А что это такое? Это как раз не применение судом акта, противоречащего закону. Но тогда возникает вопрос – а зачем же тогда установлен 6-меячный срок исковой давности для признания решения общего собрания акционеров недействительным? Если мы обратились в течение 6 месяцев – мы молодцы, а если мы не обратились, то это тоже ничего страшного, поскольку когда дойдет дело до решения общего собрания, суд его все равно не применит, потому что оно не соответствует закону. Парадокс в том, что когда мы предъявляем иск о признании собрания недействительным, мы должны обладать субъективной заинтересованностью, ведь суд вправе оставить решение в силе, если оно несущественным образом нарушает права гражданина и т.д. А когда мы не применяем акт, мы тоже не выясняем субъективную заинтересованность?

Пример. Общим собранием акционеров постановлено выплатить дивиденды. А общество не платит. Срок исковой давности по иску о выплате дивидендов общий – 3 года. Через 2 года вы думаете, где же дивиденды и обращаетесь с иском о взыскании дивидендов, ссылаясь на решение общего собрания. А общество говорит, что мы бы выплатили, да денег нет. А суд говорит, так подождите, причем здесь дивиденды, у вас же незаконное собрание и отказывает в иске. Так тут уже не заплатишь, даже если захочешь.

В Постановлении Пленума ВАС РФ №8 от 25.02.98 – если истец, предъявивший виндикационный иск, основывает свое право собственности на сделке, по которой к нему перешло это право собственности, либо на ненормативном акте органа госвласти, орган МС, а суд видит, что сделка ничтожна или этот акт является незаконным, суд отказывает в удовлетворении виндикационного иска. Ну правильно, из незаконного акта органа местного самоуправления право собственности возникнуть не может. Поэтому нет права собственности – нет и удовлетворения виндикационного иска. Это как раз неприменение акта, противоречащего закону.

Отсюда Пленум ВАС РФ полагает, что не применять акты, противоречащие закону, можно и ненормативные. Согласимся ли мы тогда с решением суда, который говорит, что ООО «Боско-Нева» действует на основании акта, который никем не оспорен, не отменен и не признан незаконным. Ну и что, что не оспорено, ну и что, что не признано незаконным? Если оно незаконно, то оно данность – признавать ничего не нужно. Незаконность не исцеляется после истечения 3 месяцев. Если оно издано незаконным, то сколько бы времени ни прошло, оно все равно было бы незаконным. Но зачем тогда 3 месяца и как же тогда со стабильностью управленческих отношений?

Возможным выходом из положения является следующая логика: 3 месяца они для того, чтобы применить последствия недействительности акта. Т.е. незаконность можно констатировать и через 100 лет, а применить последствия – только в течение 3 месяцев.

Акты, которые не соответствуют закону, они оспоримые или ничтожные? Если это акты госорганов, которые должны быть законны, то они ничтожные. Они ничтожные вне каких-либо временных промежутков.

По аналогии со сделкой, 3 месяца – они не для недействительности, они для последствий. При ничтожных сделках задавнивается реституция – последствия. Возможное решение состоит в том, что 3 месяца – это для последствий.

Ч.1 ст.258 ГПК – суд, признав заявление обоснованным, обязывает устранить допущенное нарушение прав. Отсюда теория опосредованной защиты. Ст.10 КРФ – власти разделены, никто не может вмешиваться в компетенцию другой и подменять ее. А как же суд, признавая незаконными действия органов власти, воздержится от вмешательства в текущую деятельность этих органов?

Прямая защита – это взыскать с Иванова в пользу Петрова. А когда с государственным органом суд взыскивает налоги из бюджета, или обязывает их вернуть? Здесь защита опосредованная через обязание. Важно не нарушить разделение властей, важно сделать так, чтобы суд не подменил собой исполнительную власть. Суд как бы не сам это делает. Хотя судом фактически уже все разрешено. Поскольку сегодня в суд можно обжаловать все без ограничений, то мы неизбежно столкнулись с вмешательством судом в компетенцию органов исполнительной власти. Чтобы уйти от этой проблемы, сделали это через конструкцию «обязать сделать».

Опосредованная защита приводит иногда к совершенно противоположным результатам. Пример. Переезд КС РФ в Петербург потребовал строительства коттеджей для судей, а для этого пришлось снести ряд жилых домой на Крестовском острове. Ряд граждан, не соглашались никуда переезжать. Тогда решением Администрации Петроградского района дом в прекрасном состоянии был признан аварийным и тут же снесен. Ст.1069 ГК – вред, причиненный незаконным актом органа власти. А для того, чтобы взыскать это вред, нужно сначала признать этот акт недействительным. Вред взыскивается в течение 3 лет, а акт признается в течение 3 месяцев. Хотя этот акт какой – он опосредует имущественные или публичные отношения? Он опосредует имущественные отношения. Тогда вроде бы такой акт нужно признавать недействительным в течение 3 лет.

Но когда вы откроете десять комментариев к ГК РФ из десяти к ст.13 и ст.1069, там будет написано, что для того, чтобы взыскать убытки и вред, причиненный незаконным актом орган власти, нужно сначала признать этот акт недействительным. А признание недействительным осуществляется по гл.25 ГПК – тем самым авторы сократили 3-летний срок к 3 месяцем.

Возникает также вопрос, а почему, для того, чтобы взыскать убытки, нужно признать этот акт недействительным? Разве нам не достаточно неприменения акта, противоречащего закону? Могу ли я сразу же предъявить иск об убытках, не признавая предварительно акт недействительным и ссылаясь на его незаконность как на один из фактов основания иска? Если есть неприменение судом акта, противоречащего закону, то можно. Если есть специальный порядок признания актов недействительными, то нельзя.

Так, граждане обращаются в Петроградский районный суд с заявлением по гл.25 ГК о признании распоряжения главы администрации о признании дома аварийным незаконным. Судья говорит, признав акт незаконным, суд должен будет обязать устранить допущенные нарушения. Так как в гл.25 ГПК воплощена концепция опосредованной защиты, то обязать суд в данном случае ни к чему не может, поскольку дом построить нельзя. Поэтому суд отказывает в признании акта недействительным, поскольку возникает спор о праве – предъявляйте деликтный иск.

Нет предмета защиты, суд же не должен ограничиваться только признанием акта недействительным, суд должен и обязывать. А обязать нельзя – ведь нельзя же взыскать убытки в производстве из публичных правоотношений – это иск, поэтому суд отказывает и пишет, что возникает спор о праве. Теперь вы предъявляете иск об убытках кладете распоряжение главы в качестве одного из основания этого иска. На что ответчик говорит, что вы его оспорили, но вам отказано, а если вам отказано, то значит, распоряжение какое? Законное. А если законное, то какие убытки. И это все правда. Круг опять замыкается.

4. Тот факт, что ненормативный правовой акт не был признан в судебном порядке недействительным, а решение или действия (бездействие) государственного органа - незаконными, сам по себе не является основанием для отказа в иске о возмещении вреда, причиненного таким актом, решением или действиями (бездействием). В названном случае суд оценивает законность соответствующего ненормативного акта, решения или действий (бездействия) государственного или муниципального органа (должностного лица) при рассмотрении иска о возмещении вреда.

Общество с ограниченной ответственностью обратилось в арбитражный суд с иском к Российской Федерации о возмещении вреда, причиненного судебным приставом-исполнителем незаконным арестом денежных средств, находящихся на банковском счете истца.

Отказывая в удовлетворении заявленного требования, суд исходил из того, что в силу "части второй статьи 13" ГК РФ требование о возмещении вреда может быть заявлено в случае признания судом акта государственного органа недействительным. Так как постановление судебного пристава-исполнителя об аресте денежных средств на банковском счете общества не обжаловалось истцом в установленном судебном порядке, у него отсутствуют надлежащие доказательства, обосновывающие его требование о привлечении Российской Федерации к гражданско-правовой ответственности за незаконные действия судебного пристава-исполнителя.

Суд апелляционной инстанции решение суда первой инстанции отменил, указав, что осуществление защиты нарушенного права путем возмещения вреда, причиненного в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов ("статья 16" ГК РФ), не ставится в зависимость от необходимости оспаривания этих действий (бездействия) по правилам, установленным "главой 24" АПК РФ. Поскольку истец обратился в суд с иском о возмещении вреда, а не с заявлением о признании недействительным постановления судебного пристава-исполнителя, в целях установления наличия или отсутствия условий для привлечения Российской Федерации к гражданско-правовой ответственности на основании "статьи 1069" ГК РФ за причиненный судебным приставом-исполнителем вред суд при рассмотрении данного требования должен был оценить указанное постановление на предмет его законности. При этом тот факт, что на момент предъявления иска названное постановление судебного пристава-исполнителя отменено и, соответственно, нарушение прав и интересов истца прекращено, такой оценке не препятствует. Установив, что постановление судебного пристава-исполнителя о наложении ареста на денежные средства, находящиеся на банковском счете истца, являлось незаконным и истцу вследствие исполнения этого постановления причинен вред, суд апелляционной инстанции требование истца удовлетворил.

В другом деле истец просил признать незаконным отказ органа местного самоуправления в выдаче разрешения на строительство, обязать упомянутый орган выдать указанное разрешение, а также взыскать с муниципального образования денежные средства в возмещение вреда, причиненного в результате невыдачи этого разрешения. Установив, что срок для оспаривания отказа органа местного самоуправления, предусмотренный "частью 4 статьи 198" АПК РФ, истцом пропущен, суд отказал в признании отказа в выдаче разрешения на строительство незаконным. В то же время, поскольку пропуск такого срока не является препятствием для оценки судом законности отказа муниципального органа в выдаче разрешения на строительство в целях установления оснований для возмещения вреда, причиненного истцу в результате такого отказа, суд удовлетворил заявленное истцом требование.

При этом ссылка ответчика на грубую неосторожность потерпевшего, который не оспорил отказ органа местного самоуправления в надлежащем судебном порядке, отвергнута судом, так как бездействие потерпевшего в данном случае не способствовало возникновению или увеличению вреда ("статья 1083" ГК РФ).

Это просто безобразие. Так или иначе, идея опосредованной защиты здесь присутствует. Есть мнение, что способов защиты два одноименных со всеми вытекающими последствиями. Если способов защиты два, то значит можно признавать акты недействительными в исковом производстве с 3-летним сроком. А это означает, что в исковом производстве не только разрешаются споры о праве, но и осуществляется контроль за законностью актов.

Когда ПИБ не дает паспорт на квартиру – он нарушает ваше гражданское право, поскольку из-за этого вы не можете продать квартиру. А посему мы этот отказ будем обжаловать в исковом производстве с 3-летней давностью. Но означает ли это, что с нас с ПИБом спор о праве гражданском? Нет, у нас спора о праве с ПИБом нет. Это все тоже самое, это тоже контроль за законностью. Один контроль по гл.25 ГПК, а другой – по правилам искового производства. Но в последнем случае контроль за законностью только тех актов, которые нарушают гражданские права, поскольку спора о праве у нас с органом нет.

Аналогичным образом мы можем обжаловать отказ ФРС в регистрации права собственности на недвижимое имущество. С этой точки зрения, это будет отказ, нарушающий частное право, значит, его можно обжаловать в течение 3 лет (даже потому, что здесь речи не идет о стабильности управленческих отношений). А когда 3 года – это исковое производство, а разве у нас с ФРС спор о праве? Нет, спора о праве нет. У нас с ФРС все равно административные отношения, но те, которые опосредуют гражданские права. Тогда мы должны шире смотреть на предмет искового производства.

Субьективная заинтересованность

Для того, чтобы оспаривать акт и требовать признания его недействительным, необходимо обладать субъективной заинтересованностью. Контекст этой субъективной заинтересованности становятся все более широким и значимым в современных условиях не только в публичном производстве, но и в первую очередь – исковом производстве. Ст.167 ГК – всякая заинтересованное лицо вправе требовать признание сделки недействительной. Для того, что признать сделку недействительной и требовать применения последствий недействительности, нужно обладать заинтересованностью. Это означает, что иск о признании сделки недействительной может быть отклонен, даже когда она на самом деле недействительна, по причине отсутствия у истца субъективной заинтересованности.

Что касается производства публичного, то там это имеет не меньшее значение. Согласно ст.13 ГПК суд признает акт недействительным при наличии двух условий:

  1. Объективная противоправность акта, т.е. его несоответствие закону;
  2. Нарушение этим актом прав и интересов заявителя.

В Совместном постановлении Пленумов ВС РФ и ВАС РФ от 01.07.96 №6/8 – это постановление по ч.1 ГК РФ. В нем подчеркнуто, что ст.13 подлежит применению при наличии двух условий одновременно. Таким образом, по ГК субъективная заинтересованность выступает в качестве предпосылки права на удовлетворение.

Ч.1 ст.134 ГПК – суд отказывает в принятии заявления, если в заявлении оспариваются акты, которые не затрагивают права, свободы и законные интересы заявителя. Таким образом, ст.134 ГПК превращает субъективную заинтересованность в предпосылку права на предъявление. Если в ГК – это предпосылка права на удовлетворение, то по ГПК она превращается предпосылку права на предъявление. Возникает вопрос – почему законодатель впал в противоречие с самим собой? Это свидетельствует о глубоком поражении его сознания, а с другой стороны связано с тем, что ГПК писали судьи и они писали его под себя.

Шаблон:Например

Шаблон:Например

Для того, чтобы со всем эти не возиться, и была изобретена ч.1 ст.134 ГПК. Гражданин Тимонин дошел до КС РФ – Определение КС РФ от 08.07.2004 N 238-О, где в п.2 КС РФ пишет: «Таким образом, пункт 1 части первой статьи 134 ГПК Российской Федерации в системной связи с частью первой статьи 246 и частью первой статьи 251 данного Кодекса не предполагает отказ суда в принятии заявления о признании принятого и опубликованного в установленном порядке нормативного правового акта органа государственной власти противоречащим закону в случае, если заявитель считает, что этим актом нарушаются его права и свободы, гарантированные Конституцией Российской Федерации, законами и другими нормативными правовыми актами, и, следовательно, не может рассматриваться как нарушающий конституционные права заявителя.

Иное означало бы, что в стадии возбуждения дела, в которой не проводится судебное заседание с участием сторон и решаются вопросы лишь процессуального характера, судья своим постановлением, приобретающим после его вступления в силу в соответствии со статьей 13 ГПК Российской Федерации обязательный характер, определяет содержание прав и обязанностей субъектов спорного материального правоотношения. Однако такой подход не согласуется с конституционной природой судопроизводства, в силу которой решение вопросов материального права должно осуществляться в судебном заседании при разрешении дела по существу на основе состязательности и равноправии сторон (статья 123, часть 3, Конституции Российской Федерации)».

КС РФ подчеркнул, что субъективная заинтересованность – это вопрос материального права. А вопросы материального права в стадии возбуждения дела решаться не могут. Таким образом, к СРФ подчеркнул, что субъективная заинтересованность есть вопрос, которые не может решаться на стадии возбуждения дела.

Однако, несмотря на такую однозначную констатацию, КС РФ не признал ст.134 ГПК неконституционной, хотя это просилось. Фактически КС РФ дезавуировал ст.134 ГПК. На практике суд говорит, а вы докажите свою субъективную заинтересованность. Но когда это вопрос материального права, то по логике КС РФ мы всегда будем его решать только войдя в процесс, но никогда не на стадии возбуждения.

Несмотря на это, Пленуму ВС РФ на все это глубоко наплевать. В п.11 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2007 N 48 "О практике рассмотрения судами дел об оспаривании нормативных правовых актов полностью или в части" Пленум указывает: «Судья отказывает в принятии заявления в соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 134 или частью 8 статьи 251 ГПК РФ в случаях, когда в заявлении гражданина или организации оспаривается полностью или в части нормативный правовой акт, очевидно не затрагивающий их права и свободы, тогда как это обстоятельство является необходимым условием проверки акта или его части в порядке, предусмотренном главой 24 ГПК РФ (например, заявление граждан, не имеющих статуса индивидуального предпринимателя, об оспаривании полностью или в части нормативных правовых актов, регулирующих отношения с участием организаций и индивидуальных предпринимателей)». ВС РФ попытался сохранить ст.134 ГПК.

В п.17 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 10.02.2009 N 2 "О практике рассмотрения судами дел об оспаривании решений, действий (бездействия) органов государственной власти, органов местного самоуправления, должностных лиц, государственных и муниципальных служащих" Пленум пишет: «Судья отказывает в принятии заявления на основании статьи 248 или пункта 1 части 1 статьи 134 ГПК РФ в случаях, когда в заявлении гражданина или организации оспаривается решение, действие (бездействие) органа государственной власти, органа местного самоуправления, должностного лица, государственного или муниципального служащего, очевидно не затрагивающее их права и свободы, тогда как это обстоятельство является необходимым условием проверки решения, действия (бездействия) в порядке, предусмотренном главой 25 ГПК РФ (например, заявление организации об оспаривании решения квалификационной коллегии судей о рекомендации гражданина на должность судьи). В случае, когда из заявления не усматривается, что оспариваемое решение, действие (бездействие) явно не затрагивает права и свободы заявителя, судья не вправе отказать в принятии такого заявления».

В чем в данном случае выражается субъективная заинтересованность? В том, что решение о рекомендации гражданина на должность судьи нарушило право другого лица, которого не рекомендовали? Или субъективная заинтересованность в том, что каждый имеет право на честный, доступный, неподкупный суд? Наверно, субъективная заинтересованность во втором, причем подобное право имеет не только гражданин, но и организация.

Таким образом, воспользовавшись позиций КС РФ ВС РФ реанимировал ст.134 ГПК, правда уже в таких выражениях, как «очевидно не затрагивает».

Рассмотрим эту ситуацию применительно к нормативному акту. Так была группа студентов, которая развлекалась тем, что забрасывала ВС РФ подобными заявлениями о признании актов недействительными. Так в постановлении ФКЦБ был утверждены правила ведения реестра акционеров, которые противоречили закону об АО. Они оспорили это постановление, а ВС РФ говорит, а вам какое дело, вы что акционеры. Нет, не акционеры, но собирались купить акции, да и решили посмотреть правила ведения реестра, чтобы узнать, как будут учитываться наши права на акции, и увидели, что учитываться то они будут с нарушением ФЗ. Значит, нужно сначала привести в порядок правила ведения реестра, а потом уже покупать акции.

В практике ВС РФ мы находим совершенно поразительные решения. Так группа граждан оспаривала инструкцию Министерства по налогам и сборам об уплате налога на прибыль. Налог на прибыль уплачивают только организации, граждане его вообще не платят и платить не могут никогда. Поэтому судья ВС РФ по первой инстанции прекратил производство по делу с указанием на то, что акт не нарушает и не может нарушать права граждан. Кассационная коллегия ВС РФ не согласилась с судом первой инстанции, отменила это определение и передала на новое рассмотрение с указанием, что, конечно, граждане налог на прибыль платить не могут и не будут, однако являются акционерами, являются участниками ООО и в таком качестве имеют право на дивиденд, а дивиденд тем больше, чем меньше налог на прибыль. Следовательно, у них есть субъективная заинтересованность в оспаривании инструкции об уплате налога на прибыль.

Отсюда понимать субъективную заинтересованность можно очень широко, а можно очень узко и все для того, что бы гнать нас всех. Там же правды нет в субъективной заинтересованности, там не найти концов, поэтому она выступает инструментом соответствующей борьбы.

Что касается ненормативных правовых актов. В учебниках написано, что ненормативные акты – это акты, адресованные конкретному лицу либо группе лиц. Спрашивается, а чьи права может нарушать ненормативный правовой акт – лица, которому он адресован, или любого лица? например, уплотнительная застройка – губернатор разрешил построить жилой дом конкретный организации. Это акт, адресованный конкретной организации. А граждане могут его оспаривать? Вне всякого сомнения. А в чем их субъективная заинтересованность и где она заканчивается? Аналогичный пример – каток на дворцовой площади. Распоряжение ПРРФ СПб – это ненормативный правовой акт, адресованный конкретной организации «Боско-Нева» и разрешающей ей построить каток. Но этот акт затрагивает права неопределенного круга лиц, поскольку речь идет о праве на доступ культурным ценностям, которое гарантировано КРФ любому и каждому. Соответственно этот акт, будучи ненормативным, способен затронуть права любого и каждого.

Мы сегодня уже окончательно утратили ориентиры того, что такое нормативный и ненормативный правовой акт. Тариф на электроэнергию, тарифы на проживание в государственном (муниципальном) жилом фонде, которые утверждаются законом СПб, - это нормативный или ненормативный акт? А кадастровая цена земли – это нормативный акт?

Поэтому понять сегодня, какой перед нами акт невозможно. А тарифы оспариваются как нормативный акт. Правда возникает еще более интересный вопрос – а что собственно проверяет суд, а он проверяет экономическую обоснованность тарифов. Может ли экономическая обоснованность тарифов быть предметом судебной проверки. А разве экономическая обоснованность стала вопросом права? А может быть сегодня все стало вопросом права.

А где границы субъективной заинтересованности? Уходя Яковлев подписал распоряжение о строительстве на газонах Большого проспект В.О. ларьков. И даже один был построен на углу 8 линии и Большого проспекта – его недавно снесли. Гражданка обратилась в суд с заявлением об оспаривании этого распоряжения губернатора. Вступая в должность, Матвеенко отменила это распоряжение, и производство по делу было прекращено, но один ларек успели построить. Теперь спрашивается, кто обладает субъективной заинтересованностью? Только те, у кого окна выходят на Большой проспект, или любые жители В.О., или даже те, кто живут на Ржевке, тоже обладают такой субъективной заинтересованностью?

Как только мы встаем на почву прав и свобод человека, то субъективная заинтересованность не имеет границ, а как только мы вступаем на почву позитивного права – то Градостроительный кодекс говорит нам о лицах, живущих в этом квартале. Таким образом, в свете прав и свобод человека и гражданина субъективная заинтересованность есть всегда, а в свете позитивного права – ее нужно доказывать.

Решение Куйбышевского районного суда по заявлению гражданина Ковалева, который оспаривал приказ комитета по охране памятников истории и культуры, которым 27 памятников были исключены из числа тех памятников, что имеют местное историческое значение. Суд назначил экспертизу и выяснил, что эти здания действительно являются зданиями-памятниками, и не было никаких оснований исключать их из перечня, констатировал это в решении (т.е. констатировал из двух условий одну – объективную противоправность) и далее написал, что прав и законных интересов гражданина Ковалева этот акт не нарушает, поэтому заявление было оставлено без удовлетворения. Нужно же два условия – субъективной заинтересованности нет, поэтому и отказываем.

Можно ли согласиться с таким подходом? Здесь нужно обратить внимание еще на один нюанс. Ч.5 ст.251 ГПК – в заявлении об оспаривании НПА должно содержаться указание, какие права и свободы гражданина нарушаются этим актом или его частью. Т.е. в заявлении должны быть приведены основания субъективной заинтересованности. Ч.1 и 2 ст.253 ГПК – суд, установив, что оспариваемый НПА или его часть противоречит ФЗ или иному НПА, имеющему большую юридическую силу, признает его недействующим полностью или в части. Здесь не сказано, что суд устанавливает также нарушение этим актом прав заявителя. Здесь указано только одно – несоответствие закону. Таким образом, для НПА субъективная заинтересованность имеет значение предпосылки права на предъявление, но не имеет значение предпосылки права на удовлетворение. Т.е. подавая заявление, вы должны указать основания субъективной заинтересованности, но когда суд постанавливает решение, личность заявителя утрачивает значение. Если акт нормативный, то если он не соответствует закону, этого достаточно для признания его недействующим, даже если он прав и интересов конкретного гражданина не затрагивает. Будучи предпосылкой права на предъявление, субъективная заинтересованность утрачивает свое значение на этапе принятия решения, она не выступает предпосылкой права на удовлетворение.

Что касается ненормативных правовых актов, ст.255 ГПК описывает, в чем может выражаться соответствующие нарушения. Прежде всего, нарушены права и свободы – этого достаточно, это основание уже поглощает и второе, и третье основание, и все, что в этой статье не написано, ведь права и свободы – это начало и конец. Сказать права и свободы – это сказать обо всем и про всех, потому что, что это такое, никто не знает.

Ч.1 Ст.258 ГПК – для ненормативных актов субъективная заинтересованность является и предпосылкой права на предъявление, и предпосылкой права на удовлетворение. П.17 постановление ВС РФ №2 – в случае, когда из заявления не усматривается, что оспариваемое решение, действие (бездействие) явно не затрагивает права и свободы заявителя, судья не вправе отказать в принятии такого заявления. «Явно не затрагивает» - это попытка примерить ВС РФ с КС РФ, таким образом, они говорят, что они действуют в соответствии с КРФ и когда отказывают, то только, когда «явно не затрагивает».

Но может же быть ситуация, когда из заявления напрямую не следует, что не затрагивает права и свободы заявителя, и тогда такое заявление будет принято к производству. А потом суд, установив, что приказ не соответствует закону, оставляет его в силе только потому, что нет субъективной заинтересованности а что позволяет суду оставить в силе акт, который не соответствует закону. Что это за правосудие такое? Каковы конституционные основы такого правосудия, чтобы суд, констатируя незаконность акта, но при этом оставлял его в силе, потому что он не нарушает прав и свобод заявителя? Мы чувствуем, что это решение неконституционное. Не может такого быть, чтобы суд оставил в системе действующих актов незаконный акт только потому, что он не нарушает прав и интересов конкретного заявителя. Оправдать такой подход нельзя. Поэтому для того, чтобы такой ситуации не было, была создана ч.1 ст.134 ГПК – не будем вовсе принимать к производству такие заявления, не будем и принимать такие абсурдные решения.

А теперь благодаря КС РФ мы вынуждены принимать такие заявления, признавать объективную противоправность такого акта и отказывать в удовлетворении заявления по причине отсутствия заинтересованности. Ну так может быть нужно упразднить субъективную заинтересованность, чтобы она не являлась ни предпосылкой права на предъявление, ни предпосылкой права на удовлетворение. Но дальше нам скажут, что каждый в такой ситуации возомнит себя прокурором и будет забрасывать суды заявлениями о признании незаконности актов. Каждого в прокурора не превратишь, поэтому появляется ст.134 ГПК и круг опять замыкается.

Еще год назад М.З. Шварц написал запрос в КС РФ о неконституционности всего этого и год КС РФ не принимает никакого определения. Что касается нормативных актов, суд его не может оставить в системе действующих актов только потому, что права конкретного заявителя он не нарушает. Если суд установил, что НПА не соответствует закону, то он во всяком случае обязан признать его недействующим. А вот с ненормативными – не сделаешь каждого прокурором (правда, в отношении НПА – сделали). А ГК говорит, что два условия вместе – объективная противоправность и субъективная заинтересованность. Этот вопрос подлежит специальному и глубокому исследованию. М.З. Шварц пытается добиться признания положений ГПК, которые делают субъективную заинтересованность условием права на удовлетворение, неконституционными.

Производство по делам из публичных правоотношений как никакое другое обнажает проблему разделения властей. Как сделать так, чтобы суд не подменял законодательную власть?

П.26 Постановления Пленума ВС РФ от 29.11.2007 N 48 "О практике рассмотрения судами дел об оспаривании нормативных правовых актов полностью или в части": «При рассмотрении заявлений об оспаривании нормативных правовых актов, изменяющих, дополняющих или признающих утратившими силу ранее изданные этим же органом нормативные правовые акты, необходимо учитывать, что действующее законодательство не содержит положений, препятствующих внесению органом, издавшим в пределах своих полномочий нормативный правовой акт, изменений и дополнений, а также отмене этого акта. Однако нормативный правовой акт, признающий ранее изданный акт утратившим силу, может быть признан недействующим в случае, если отмененный акт был принят в силу прямого указания на это в нормативном правовом акте, имеющем большую юридическую силу, и содержит принятые в развитие положений этого акта нормы, затрагивающие права и свободы заявителя, а более поздний акт отменяет эти нормы, не установив новых, поскольку в данном случае нарушаются права неопределенного круга лиц, предоставленные им нормативным правовым актом, имеющим большую юридическую силу».

Т.е. если отменен НПА, а другой вместо него не принят, и в результате такой отмены права и свободы граждан оказались нарушенными, поскольку теперь у них нет возможности реализовывать те права, которые у них были, пока действовал этот акт, то такой акт, отменивший ранее действовавший акт, может быть признан недействующим.

Таким образом, ликвидации существующего нормативного правового регулирования может быть признана незаконной. А отсутствие правового регулирования может быть признано незаконным? Можно обжаловать бездействие в принятии НПА? А как же с разделением властей?

Пример. Гражданка проживает в жилом помещении, вход прямо с улицы (это бывшее нежилое помещение, переведенное в жилое). За стеной точно такое же помещение, которое является нежилым и сдано в аренду унитарному предприятию садово-паркового хозяйства. Гражданка просит предоставить ей это помещение для того, чтобы она могла нормально существовать. Ей говорят, что нельзя сдать, поскольку в аренде до такого-то года. Она говорит, что согласна подождать, только когда аренда закончится, просит не заключать нового договора аренды. Ей пишут, что никак нельзя, поскольку есть преимущественное право заключения договора аренды. Шварц в ответ пишет, что вы не правильно понимаете преимущественное право, поскольку, когда закончится аренда это помещение из нежилого переведут в жилое и это будет уже не аренда, а социальный наем. В конечном итоге они ответили, что для того, чтобы перевести помещение из нежилого в жилое нужно изменить форму собственности (это полная ерунда), а после было написано, что они могут перевести это помещение, но когда они это сделают – они должны будут отдать тому, кто стоит на очереди, а там до вас еще куча. Поэтому чего затевать-то, поскольку вроде начнем для вас, а отдадим не вам. Таким образом, они считают нецелесообразным возбуждение вопрос о переводе помещения из нежилого в жилое.

Она обращается в суд с требованием признать незаконным такое бездействие. Причем никаких субъективных прав у нее на соседнее помещение нет. Она обжалует вывод о нецелесообразности, а предметом защиты являются не ее субъективные права, а права человека. Они издеваются на ней, ведь когда они переведут его в жилое, они отдадут его гражданке, ведь они должны будут объединить помещения. Когда они объединят два помещение в одно, то ни о каком предоставлении другим лицам и речи быть не может. Они издеваются над ней, можно жаловаться на издевательство? У нее нет никаких субъективных прав на помещение. Может она жаловаться и требовать защиты прав человека, а не субъективных гражданских прав? Это и называется контролем за целесообразностью. Осуществляет ли суд в производстве по делам из публичных правоотношений контроль за целесообразностью? Что такое целесообразность? Повседневное государственное управление есть непрерывный поиск целесообразных решений. В условиях ограниченности ресурсов нужно выбрать оптимальное решение. Можно жаловаться в суд на нецелесообразность? Другими словами, целесообразное решение – это формально законное решение, которое представляет собой издевательство над правами граждан.

Занимается ли суд повседневным государственным управлением. Этим занимается исполнительная власть. А как же права человека? У нее нет никаких прав требовать перевода помещения из нежилого в жилое, но она говорит, что они могут решить ее проблему таким образом, а они этого не делают. Она может на это жаловаться? А права человека обеспечиваются правосудием. А как обеспечиваются правосудием права человека? Это вопрос и субъективной заинтересованности, и вопрос способа защиты права.

Другой пример, аналогичный Александринской колонне. У вас есть любимая картина в музее. А ее взяли и заменили другой, а эту убрали в запасники. Можно ли в данном случае по суду, обжаловать эти действия в связи с нарушением права на доступ к культурным ценностям? Когда Европейский суд учит нас правам человека, он говорит о позитивных обязательствах государства. А это и есть производство по делам из публичный правоотношений. А можно предъявить требования из недофинансирования?

Постановление КС РФ №14-П по ст.89 НК РФ – п.3 мотивировочной части. Здесь КС РФ говорит, что суды не вправе оценивать и контролировать целесообразность действий государственных органов, однако использование полномочий вопреки законной цели, для которой они предоставлены, противоречит КС РФ.

Ч. 2 Ст.253 ГПК – это споры о компетенции, когда изданным НПА нарушена компетенция органа.

Ч.2 ст.253 ГПК – если оспариваемый НПА противоречит ФЗ или другому НПА, имеющему большую силу, суд признает такой НПА недействующим со дня его принятия или иного указанного судом времени.

Все НПА делятся на две большие группы:

  1. Акты, которые могут быть предметом проверки КС РФ на конституционность – это указы ПРФ, постановления ПРРФ, НПА органов СРФ. В отношении этих актов КС РФ разработал доктрину, которая состоит в том, что у таких актов есть два качества:
    • Законности, т.е. соответствие ФЗ и ФКЗ – на предмет законности эти акты проверяет ВС РФ, ВАС РФ;
    • Конституционности, т.е. на предмет соответствия КРФ – это проверяет КС РФ.

Одно и то же или разные вещи – законность и конституционность? Как не парадоксально, но это разные вещи. Акт может быть незаконным, но конституционным.

  1. Акты, которые не могут быть проверены КС РФ.

Постановления КС РФ, которые рекомендуются к ознакомлению:

    • №19-П от 16.06.98 по делу о толковании ст.125,126, 127 КРФ
    • №13-П 18.07.03;
    • №1-П от 27.01.04;
    • №16-П от 13.12.01;
    • №6-п от 11.04.2000;
    • Определение КС РФ №284-О от 10.12.02;
    • Определение КС РФ №283-О от 12.10.02 – эпохальные Определения КС РФ.

В последних двух определениях рассматривался КС РФ следующий вопрос. Постановлением ПРРФ были утверждены ставки патентных пошлин, а вторым постановлением утверждены ставки платы за загрязнение окружающей природной среды. В связи с принятием НК РФ граждане посчитали, что эти платежи имеют налоговый характер, а если они имеет налоговый характер, то налоговое регулирование осуществляется только на уровне ФЗ, а подзаконное налоговое регулирование не допустимо. Поэтому они обратились в ВС РФ с просьбой признать постановление ПРРФ недействующим, поскольку с момента принятия НК РФ налоговое регулирование возможно только на уровне НК. ВС РФ признал их недействующими с 01.01.98 г. (поскольку с этого года был принят НК РФ), поскольку эти два постановления вошли в противоречие с НК РФ.

ПРРФ вошло в КС РФ с просьбой проверить конституционность этих двух постановлений. Естественно, ВС РФ не остается ничего другого как пересмотреть свои два решения по вновь открывшимся обстоятельствам.

КС РФ объявляет себя последней инстанцией в этих публичных правовых спорах. Эти споры – это споры о действии НПА, которые могут быть предметом проверки КС РФ. По существу, КС РФ превращается в квази-кассационный суд, т.е. он кассационный над ВС РФ, ВАС РФ. Поскольку НПА сначала проверяется на предмет соответствия закону, а потом выясняется, что он закону не соответствует, а зато соответствует КРФ. Обычные суды не может заниматься конституционностью, этим занимается только КС РФ, а обычные суды занимаются проверкой законности. Иначе будет разрушен смысл конституционной юстиции.

Недействительность акта – это его ничтожность с момента принятия – связывается только с неконституционностью. Т.е. когда КС РФ говорит, что акт неконституционен, только тогда он утрачивает силу с обратной силой (с момента принятия). А незаконность влечет «недействующность», ибо общие суды признают акты недействующими, т.е. они прекращают действие акта только на будущее время. Таким образом:

  • Неконституционность – это недействительность;
  • Незаконность – это недействующность.

Т.е. решение суда о признании акта недействующим влечет утрату силы этого акта (ч.3 ст.253 ГПК). Самое интересное в этих определениях то, как КС РФ объясняет причину принятия обращения ПРРФ к своему производству уже после того, как ВС РФ признал постановления ПРРФ недействующими. КС РФ превращается себя в квази-кассационный суд, говоря о том, что эти суды занимаются только законностью, а не конституционностью. КС РФ является последней инстанцией в этих публично-правовых спорах, т.е. рассмотрением дела ВС и ВАС РФ дело не заканчивается, публично-правовой спор не заканчивается и переносится в КС РФ.

Отсюда в ч.2 ст.253 ГПК – фраза о том, что акт признается недействующим «или иного указанного судом времени» - она может быть применена только к актам второй группы (к тем актам, которые в КС РФ проверяться не могут). Те акты, которые проверяются и на предмет законности, и на предмет конституционности, они могут признаваться недействующими обычными судами только на будущее время, с обратной силой не могут. Акты, которые попасть в КС РФ не могут, они могут признаваться недействующими не только на будущее время, но с иного указанного судом времени, т.е. это с обратной силой. Это касается только той группы актов, которые в КС РФ попасть не могут, т.е. акты второй группы. С обратной силой – это только неконституционность.

А как быть, если акт утрачивает силу во время разбирательства в суде? Например, власть, увидев, что она сейчас проиграет дело, быстро отменяет этот акт. Что делать – прекращать производство или продолжать разбирательство? КС РФ высказался на эту тему в определении №122-0, 144-О от 12.05.05, 244-ОО от 19.04.07, 469-ОО от 19.06.07. Смысл в том, что если акт действует на момент возбуждения дела и утрачивает силу по ходу судебного разбирательства, разбирательство по делу об оспаривании НПА надлежит продолжать. Если акт утратил силу до возбуждения дела в суде, в принятии заявления следует отказывать.

Какова судьба правоотношений, возникших на основе этого акта в период, пока она действовал? Почему проблема в том, что с обратной силой признавать его недействующими или на будущее время. Потому что это вопрос о судьбе тех правоотношений, которые возникли на основе этого акта. Как восстановить права? Действует ли акт, который противоречит закону? КС РФ указывает, что выходом является неприменение судом акта, которые противоречит закону как способ защиты.

Если акт был отмене во время судебного разбирательства, надлежит продолжать. Но тогда какое решение должен принять суд? Ведь суд принимает решение о признании акта недействующим, а если он и так недействующий? Об этом КС РФ деликатно умолчал. Явно, что признавать его недействующим, смысла нет.

Другими словами, незаконные нормативные акты недействующие никогда, независимо от того, были ли они оспорены в порядке абстрактного нормоконтроля или нет.

Ненормативные акты, решения, действия (бездействия) по терминологии ГПК признаются незаконными и в этом смысле они не порождают юридических последствий с момента издания.

П.7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10.02.2009 N 2 "О практике рассмотрения судами дел об оспаривании решений, действий (бездействия) органов государственной власти, органов местного самоуправления, должностных лиц, государственных и муниципальных служащих" отражает объективно существующее исключение из общего правила, установленного ст.46 КРФ, которая устанавливает всеобщность судебной защиты и провозглашает, что любые решения, действия (бездействия) могут быть обжалованы в суд. Это ставит проблему поиска исключений из этого правила. Так вот п.7 говорит, что «в порядке главы 25 ГПК РФ суды не вправе рассматривать дела об оспаривании следующих решений, действий (бездействия), связанных с применением норм уголовного и уголовно-процессуального права, а также норм КоАП РФ и др.».

Можно сформулировать правило, из которого следует вышеприведенный пункт: действия субъектов процессуальных отношений обжалуются только в том процессуальном порядке, в котором они совершены; а если этот процессуальный порядок не предусматривает возможности их обжаловать, то их и нельзя обжаловать в суд. Т.е. если по правилам УПК какое-либо действие следователя нельзя обжаловать в суд, то его нельзя пытаться обжаловать по правилам гл.25 ГПК. Действия субъектов процессуального правоотношения обжалуются в том же процессуальном порядке, в котором совершено это действие, а если процессуальный порядок этого не предусматривает, то его нельзя обжаловать. Нельзя подменять одно производство другим производством. Задача в задачнике: в газете опубликовано, что Иванов берет взятки. Следователь возбуждает уголовное дело, прочитав статью. Что нужно сделать, чтобы прекратить уголовное дело? Нужно признать распространенные в статье сведения не соответствующими действительности, выиграем гражданское дело, и значит, закроем уголовное. Нет, действия по правилам УПК не могут проверяться по правилам ГПК.

Например, КоАП устанавливает, что прокурор вправе принести протест на вступившее в законную силу постановление по делу об административном правонарушении. Можно обжаловать отказ прокурора в принесении протеста? Нельзя обжаловать, поскольку прокурор является субъектом процессуальных отношений, а действия субъекта процессуальных отношений обжалуются в том процессуальном порядке, в котором они принесены. Если процессуальный порядок не предусматривает возможности обжалования, то обжаловать вообще нельзя.

Но в абз.5 п.7 появляется исключение из этого правила: если дело об административном правонарушении прекращено, то подать жалобы на действия, совершенные в процессе, становится невозможным, поскольку производство прекращено. Так вот в таком случае Пленум говорит, что тогда можно обжаловать по гл.25 ГПК. Например, наложили арест на имущество гражданина по делу об административном правонарушении, и не успел он обжаловать этот арест, как производство по делу прекратили. Он уже обжаловать в рамках процедуры, установленной КоАП, не может. Но в этом случае он может воспользоваться гл.25 ГПК.

Если предметом судебной деятельностью выступает контроль за законностью акта, то возникает вопрос о том, а что такое законность акта государственного органа применительно к двум аспектам:

1. Решения, действия (бездействия) государственных чиновников являются актами правоприменения. Правоприменение – это применение нормы права к юридическому факту. Они действуют также, как и судьи, – они применяют норму к факту, который устанавливают с помощью соответствующих доказательств. А чиновники тоже оценивают доказательства по свободному внутреннему убеждению, как судьи, или они формально оценивают доказательства? Ни в одном законе нет, что чиновник оценивает доказательства по свободному внутреннему убеждению. А потом, когда действия чиновника обжалуются, эти доказательства поступают в суд, и суд смотрит на них с т.з. свободной оценки доказательств.

Шаблон:Например

Вот почему возникает вопрос о правилах оценки доказательств. И если налоговая говорит, что они оценивали документы по правилам НК, но тем не менее они проигрывают, поскольку суд оценивает по-другому. Но если суд исходит из иных правил, то вообще тогда зачем налоговая нужна, может быть, тогда по суду все налоги взыскивать. А ведь налоговая должна будет еще уплатить судебные расходы, поскольку они проиграли вследствие неправильности своих действий. А в чем неправильность-то?

Если суд оценивает по иным правилам, то неизбежно обнаруживается конфликт, поскольку проверить есть смотреть на ситуацию глазами проверяемого.

2. Когда административных орган принимает решение, он исходит из той совокупности доказательств, которая у него есть. А суд, когда он принимает решение по правилам гл.25 ГПК будет оперировать теми же доказательствами или вправе собирать и другие доказательства. Вправе ли гражданин представить иные доказательства, чем те, что он представлял в орган? Естественно, процессуальный закон никак не ограничивает гражданина в праве представить дополнительные доказательства. Но как только в судебном деле появляются дополнительные доказательства, суд сразу же оказывается в ином положении, чем проверяемый субъект, поскольку у органа не было тех доказательств, которые были представлены суду; а если их не было, то он и принял то решение, которое следовало из имеющихся доказательств. Конечно, если у суда новые доказательства, то он примет иное решение, чем проверяемый субъект. Но будет ли в этом случае иметь место проверка или это вовсе никакая не проверка.

Вопрос о взаимоотношении административной процедур и следующей за ней судебной процедуры. Как эта досудебная процедура должна детерминировать, предопределять судебную? Органы оказываются в идиотском положении, что они сделали все правильно по своим правилам, но в суде дело они проигрывают. Но что незаконного они сделали? А суд им говорит, что они сделали все правильно, а дело все равно проигрывают. Вопрос о взаимной обусловленности и взаимной связанности административной и судебной процедуры очень важен и сложен.

Это вопрос также о том, что такое законность акта? Это его некое объективное состояние, т.е. соответствует акта реальному положению вещей, или законность акта есть результат соблюдения процедуры, в которой он принят. И если процедура соблюдена, то он будет считаться законным. Что мы проверяем?

Несколько замечаний по гл.26 ГПК

Основная проблема в этой главе в сроке. Проблема сроков заключается в том, что избирательная кампания ограничена во времени. И тянуть с рассмотрением дела нет никакой возможности. Поэтому главная процессуальная проблема – это сроки рассмотрения дела. Фактически гл.26 ГПК посвящена срокам рассмотрения дел и тому, чего нельзя делать. Отсюда с т.з. процессуальной гл.26 принципиальный моментов не содержит.

Ст.259 ГПК – в суд в частности вправе обратиться инициативные группы по проведению референдума, иные группы участников референдума и уполномоченные представители группы. А ст.36 ГПК – правоспособными признаются объединения, не являющиеся юридическими лицами. А как только у нас появляется подобное объединение, не являющееся юридическим лицом, у нас возникает ряд практических проблем, а как воспринимать такое объединение в процессе, что такое группа как участники процесса, что такое уполномоченный представитель группы, кто его уполномочит и как, что такое полномочие от имени группы. Наше представление о представительстве и субъектах права основывается на цивилистическом учении. А когда мы оказываемся в области публичного права, появляются своеобразные субъекты. А далее появляется судебная практика, которая ни на чем не основана, поскольку про такие группы нигде ничего не написано.

Ст.245 ГПК содержит открытый перечень дел, возникающих из публичных правоотношений. В этом разделе есть глава – общие положения и три специальных главы для отдельных видов споров. Так вот «иные дела, возникающие из публичных правоотношений», будут рассматриваться только по общим правилам.

Например, ликвидация политических партий, запрет деятельности религиозных объединений – публичное производство или исковое? С одной стороны, это частные права, с другой, затрагивают конституционные права граждан. А отсюда возникают вопросы.

Что такое религиозная группа как ответчик? На кого распространяется законная сила судебного решения: на тех, кто ее создавал, или на всех, кто исповедует соответствующие взгляды? А завтра можно будет создать новое религиозное объединение, Вот что такое неправосубъектное объединение, которое становится процессуально правоспособным.

Общественные объединения могут не регистрироваться в качестве юридических лиц и могут существовать без такой регистрации. Так появляются эти правосубъектные объединения, они же – неправосубъектные. И когда возникает процесс, сразу же возникают проблемы, а на кого распространяется законная сила судебного решения, что это за представительство, кого признавать надлежаще легитимированным для обращения в суд и т.д.

Ст.36 ЖК – решение общего собрания домовладельцев может быть обжаловано в суд. А такое решение в частности принимается по вопросам реконструкции многоквартирного жилого дома. Оспорить решение общего собрания жильцов – кто ответчик? Общее собрание – это субъект права? Это пример того, как трансформируется процессуальная форма. Конечно, мы должны были бы сказать, что в качестве ответчиков нужно было бы привлечь тех, кто проголосовал на этом собрании. А нужно ли их всех привлекать? А если лицо после голосования продало квартиру, кого привлекать – того, кто продал, или того, кто купил? Это все потому, что общее собрание выступает в качестве квази-субъекта права, не будучи правосубъектным в цивилистическом смысле. Как оспаривать эти решения? Сейчас идет трансформация, поскольку по существу недействительность такого решения будут устанавливаться как юридический факт, а факты устанавливаются в особом производстве. Но почему это будет трансформация в особое производство? Поскольку особое производство не совместимо со спорами о праве – ч.3 ст.264 ГПК. При установлении спора о праве суд оставляет заявление без рассмотрения и предлагает обратиться с иском. Т.е. установление юридического факта не совместимо со спором о праве. Но не привлекать же нам 1000 ответчиков?

Тогда эти дела превращаются в квази-исковые-особые производства, когда законность такого решения устанавливается как факт, хотя это одновременно спор о праве, это находится на стыке искового и особого. Такая трансформация де-факто осуществляемая стала приметой нашего времени. Сегодня практика, чтобы не привлекать 5000 ответчиков, привлекает такого номинального ответчика (поскольку спор о праве), а решение неправосубъектного образования оспаривается как юридический факт в рамках особого производства. Это место встречи искового и особого. Для этого нужна уже новая форма, она спорная, но по-существу рассматривается как бесспорная.

Судебная практика

  1. Постановление Пленума ВС РФ и ВАС РФ по исковой давности
  2. Постановление пленума ВС РФ №48 «Об оспаривании нормативных правовых актов» 2007 г.
  3. Постановление Пленума ВС РФ №10 «По делам об оспаривании неиндивидуальных решений, действий и бездействий государственных органов» 2009 г.
  4. Определение КС РФ по делу о проверки конституционности по ст.134 ГПК по заявлению гражданина Тимонина.
  5. Определение КС РФ №182-О по заявлению Кузбасэнерго
  6. Определение КС РФ по делу о толковании ст.125, 126, 127 КРФ